zapogi.ru 1

Причины болезней и истоки здоровья


МЕЖДУНАРОДНАЯ НАУЧНАЯ ШКОЛА УНИВЕРСОЛОГИИ

МЕЖДУНАРОДНЫЙ СОЮЗ УНИВЕРСИТЕТОВ

МЕЖДУНАРОДНЫЙ СОЮЗ АКАДЕМИЙ УНИВЕРСОЛОГИИ

РОССИЙСКАЯ НАЦИОНАЛЬНАЯ АКАДЕМИЯ управления, межсистемного прогнозирования и кардинальной психологии

ВСЕУКРАИНСКАЯ АКАДЕМИЯ УНИВЕРСОЛОГИИ

БЕЛОРУССКОЕ ОБЪЕДИНЕНИЕ МНШУ

ИТАЛЬЯНСКАЯ АКАДЕМИЯ УПРАВЛЕНИЯ И ПСИХОСИСТЕМОЛОГИИ

АКАДЕМИЯ СИСТЕМНОГО МИРОВОЗЗРЕНИЯ КАЗАХСТАНА
Введение

Цель данной книги — помочь читателю в поиске причин заболеваний, коренящихся в нашем сознании, понимании роли психики и социальной активности в оздоровлении человека и общества в целом.

Книга повествует о связи душевного состояния и телесных недугов и содержит рекомендации по профилактике заболеваний. В работе на примере различных заболеваний проводится параллель между психическими, социальными факторами деятельности человека и морфологическими, функциональными изменениями в организме.

В главах, посвященных отдельным заболеваниям, в качестве подтверждения теоретических выводов представлены данные, полученные в ходе научных исследований в области психосоматики — сравнительно молодой отрасли медицинской науки.

Четвертое издание дополнено расширенным описанием проявления универсальных законов в человеческом организме. В специальных рубриках читателю предлагается ответить на ряд вопросов, которые, как мы надеемся, помогут разобраться в себе, найти предпосылки тех или иных заболеваний и успешно предупредить их. В книгу включены материалы о современных психосоматических концепциях, которые объясняют механизмы возникновения многих заболеваний.

Этот труд предназначен для широкого круга читателей, интересующихся проблемами оздоровления человека в современных условиях. Мы надеемся, что он привлечет внимание практикующих врачей и психологов.

Зачем нужна болезнь?

Каждый человек знаком с состоянием недомогания, которое вызывает та или иная болезнь. Боль, разбитость, слабость, чувство одиночества и неполноценности сопровождаются сменой жизненной ситуации — временной или постоянной изоляцией от окружающего мира, выпадением из активного ритма. Возникает ощущение немощности, несовершенства, зависимости, желание обвинить в случившемся окружающих. Но тот, кто не привык потворствовать своим слабостям, кто не хочет прятать свои проблемы от других и от себя, кто постоянно ищет путь к развитию, обязательно задает себе вопрос: почему и зачем это случилось со мной, что у меня происходит не так?


Болезнь по своей сути — это нарушение связей с окружающим миром. Болезнь возникает именно тогда, когда не осознаются, а значит, игнорируются всеобщие принципы взаимодействия. И нужна она для восстановления нарушенного равновесия. Это легко проследить на примере патофизиологии. В патогенезе практически любого заболевания лежит воспалительный процесс — нарушение обмена веществ, баланса между защитными силами организма и воздействием повреждающих факторов. Организм ограничивает, локализует очаг повреждения тканей, уничтожает повреждающий фактор вместе с частью собственных тканей с целью сохранения целостности. Организм жертвует частью ради сохранения целого.

С одной стороны, болезнь — это следствие стечения определенных обстоятельств, нарушения связи с окружающим миром, а с другой — причина последующих изменений в жизни человека. Это картина, символизирующая суть нарушений, подсказка на пути восстановления нарушенных связей. Организм как микрокосм демонстрирует возможный выход из сложившейся ситуации. При этом наше тело никогда не лжет, в отличие от его хозяина, который очень часто изо всех сил пытается скрыть от себя истинное положение вещей и оправдать свой эгоизм. Человек, который научится читать язык тела, сможет помочь себе и другим в поисках здоровья.




Рис. 0.а




Рис. 0.б




Причины болезней

Начиная со времен Гиппократа — основателя современной медицины, — люди пытаются выяснить причины заболеваний. Считается, что болезнь может быть обусловлена множеством факторов: неблагоприятными погодными и климатическими условиями, с наследственностью, возрастом, неправильным питанием и образом жизни человека. С открытием микроскопа к патогенным факторам стали относить бактерии и вирусы, а с развитием фармацевтической промышленности — побочные эффекты и осложнения медикаментозного лечения.


Современная медицина с ее высококачественным диагностическим оборудованием и мощной фармацевтической промышленностью в основном занимается выяснением физических и физиологических причин заболеваний и лечением возникших патологических состояний. Философии возникновения болезни, широко освещенной в трудах древних ученых (Платона, Гиппократа, Гермеса Трисмегиста), уделяется второстепенное значение. Область исследований человеческой души стала прерогативой психотерапевтов, психологов, психиатров, имеющих весьма ограниченный доступ к постели больного. Подобное разделение привело к исчезновению истинной профилактики, повышению уровня заболеваемости населения и плачевному состоянию здоровья (несмотря на так называемую профилактику и стремление к здоровому образу жизни). Медицинская материалистическая парадигма не оправдала ожиданий. Человек нуждается в целостном подходе, который поможет раскрыть резервы самоисцеления, таящиеся в глубинах психики. «Познай самого себя» — с этой задачей человечество не может справиться многие тысячелетия.

Клинический опыт показывает, что прогноз напрямую зависит от отношения человека к своей болезни. Стремление во что бы то ни стало избавиться от недуга, отсутствие желания понять причины ведут к поражению. У тех же, кто готов сотрудничать с болезнью, пытаясь разобраться, какие преимущества и уроки несет патологическое состояние, дела обстоят гораздо лучше.

Каждый человек вправе выбирать, какую причину он отнесет к наиболее важной. Но чем шире понимание причин заболеваний, тем больше возможностей в излечении.

Жизнь человека подчиняется единым биоритмам планеты. А так как Земля сама включена в Солнечную систему и является мизерной частью галактики, то здоровье человека зависит от состояния и движения небесных светил, от геомагнитного состояния Земли, от атмосферы и биосферы. Нарушение человеком единых ритмов планеты ведет к возникновению болезней. В организме смену активной (экстравертной, инволюционной) и пассивной (интровертной, эволюционной) фаз жизнедеятельности регулирует вегетативная нервная система и, в частности, два ее отдела — симпатический (отвечающий за мобилизацию) и парасимпатический (ответственный за обеспечение восстановительных функций). Их деятельность можно связать с активной и пассивной фазой любого цикла, с анализом и синтезом. Патология может развиться в случае:


1. постоянной патологической активизации одного из отделов (дисгармоничное преобладание деятельности одной из фаз);

2. беспорядочной, хаотической смены активной и пассивной фаз, что приводит к дисбалансу нервной системы, вызывает тревожность, страх, вегетососудистую дистонию.

Вегетативная система получает импульсы от высших отделов головного мозга, подкорковых структур. Душевное состояние человека, его мысли и эмоции влияют на функции органов и систем посредством вегетативной системы. И это в большинстве случаев не поддается контролю коры головного мозга, т. е. нашего сознания. Таким образом, тело предельно правдиво отражает наше душевное состояние и несовершенство вопреки стремлению выглядеть благополучно.

В современной медицине наиболее близко к изучению связи психических явлений и болезней подошла клиническая дисциплина — психосоматическая медицина.

Психосоматика

Эта глава будет интересна людям, имеющим специальное медицинское и психологическое образование, т. к. отражает историю развития психосоматической концепции.

Термин «психосоматика» был введен в 1818 году Хейнротом. Он используется до сих пор, так как наиболее полно отражает связь души (psihe) и тела (soma) в возникновении заболеваний. Психосоматика развивалась как клиническая дисциплина и представления о механизмах развития болезней с течением времени расширялись. Современное психосоматическое направление представлено множеством концепций, отражающих тот или иной механизм нарушения связи между психикой и функциями организма.

Впервые описал причины семи психосоматических заболеваний немецкий психоаналитик Александер (F.G. Alexander, 1891–1964), объясняя их возникновение наследственной предрасположенностью, нарушением эмоционального климата в семье и сильными переживаниями взрослой жизни. В настоящее время выделены типичные психосоматические расстройства, имеющие психогенное происхождение: ожирение, нервная анорексия (отсутствие аппетита), нервная булимия (патологически повышенный аппетит), бронхиальная астма, язвенный колит, болезнь Крона, лабильная эссенциальная гипертензия, сердечный невроз, гастроэнтерит (как пример функциональных расстройств, не вызывающих структурных изменений) и некоторые другие.


Идеи нервизма и теории условных рефлексов позволили объяснить влияние психических процессов на организм кортико-висцеральными взаимодействиями. По мнению многих авторов, влияние коры больших полушарий на внутренние органы опосредуется лимбико-ретикулярной, вегетативной и эндокринной системами. Основными трансмиттерами (веществами, передающими сигналы нервной системы) в организме служат кортизол (гормон коры надпочечников), тироксин (гормон щитовидной железы) и адреналин (гормон мозгового вещества надпочечников).

Таким образом, чувства, переживания, мысли человека с помощью нервной и гормональной систем трансформируются в биохимические реакции, получают свое телесное выражение, свой материальный субстрат на уровне тела. По закону подобия, болезнь, возникающая на уровне сознания как нарушение взаимосвязи с миром, имеет свое символическое выражение на уровне тела в виде биохимических, функциональных и органических изменений.

Рассмотрим наиболее популярные в психотерапии психосоматические концепции.

I. Психофизиологические концепции

Условно-рефлекторные механизмы

Идеи И.М. Сеченова о рефлекторной природе психической деятельности, развитые в учении И.П. Павлова о высшей нервной деятельности, и работы К.М. Быкова и сотрудников показали, что условно-рефлекторным путем может быть не только вызвана, но и изменена любая вегетативная функция, включая деятельность желез внутренней секреции, системы крови, а также проницаемость клеточных мембран, процессы обмена веществ, терморегуляция и т. д. Так возникло и сформировалось учение К.М. Быкова о функциональных взаимоотношениях между корой головного мозга и внутренними органами (кортико-висцеральная физиология). В дальнейшем было установлено, что с возникновением патологического состояния коры головного мозга развиваются висцеро-вегетативные расстройства. В общей патологии возникло новое направление — кортико-висцеральная патология, развивавшее представление о кортико-висцеральном генезе весьма многочисленной группы заболеваний человека, являющихся объектами психосоматической медицины [19].[1]


Кортико-висцеральная теория позволила существенно продвинуться в понимании этиопатогенеза не только многочисленной группы функциональных заболеваний внутренних органов (секреторные расстройства отделов желудочно-кишечного тракта, желудка, печени, кишечника, поджелудочной железы, эндокринные расстройства типа сахарного диабета, тиреотоксикоза, импотенции и т. д.), но и болезней с органическими проявлениями (язвенная болезнь двенадцатиперстной кишки, атеросклероз, гипертоническая и гипотоническая болезнь, стенокардия, бронхиальная астма, инфаркт миокарда).

Принципиальный вклад в понимание структуры организма и различных аспектов его жизнедеятельности внес П.К. Анохин, сформулировавший в 1935–1970 гг. концепцию функциональных систем [3], согласно которой формирование и жизнедеятельность организма как системы происходит в процессе реализации его биологической программы при постоянном корригирующем влиянии среды [10]. «Вопрос о соотношении физиологического и психологического является достаточно сложным для научного разрешения, но его изучение чрезвычайно важно для психосоматической медицины, для сближения интересов физиологии, психологии и медицинской практики» [29].
Реакции в экстремальных ситуациях, стресс.

В начале 30-х годов текущего столетия Кэннон и Селье описали реакцию «борьба-бегство» («fight or flight». Cannon, 1926), «синдром просто болезни» (Hans Selye, 1926) и общий адаптационный синдром (Hans Selye, 1956). Ими было сформировано направление в физиологии и обшей патологии, связанное с изучением одного из наиболее глобальных вопросов в развитии проблемы психофизиологических взаимоотношений — проблемы стресса (и прежде всего психологического стресса) [28, 49, 50].

С точки зрения нейрофизиологов, каждая экстремальная ситуация в рамках реакции «борьба-бегство» ведет к активации оси: дорсомедиальная часть миндалевидного тела — латеральная и задняя гипоталамическая области — грудной отдел спинного мозга — чревный ганглий — мозговой слой надпочечников. Одновременно поступающие в кору головного мозга сигналы позволяют воспринимать и распознавать эмоции. В результате определенные аффекты вызывают и определенные вегетативные сдвиги. Таким образом, «психосоматическая модель Cannon соединяет в реакции на экстремальную ситуацию эмоциональное переживание с телесными сопровождающими реакциями; введение эмоций отличает его представления от рефлекторной модели» [20, 26].


Концепция общего адаптационного синдрома с его известными тремя стадиями (тревоги — сопротивления — истощения) отразила состояние организма при хронизации стрессовой реакции.

Нервная ось (реакции симпатической и парасимпатической нервной системы), нейроэндокринная ось («борьба-бегство»), эндокринные оси (реакции общего адаптационного синдрома) стрессовой реакции не приводятся совместно в действие каждый раз, когда человек сталкивается со стрессом. Вопрос о том, у какой личности и какими стрессами будут активированы конкретные стрессовые механизмы, решить трудно. Однако очевидно, что каждый человек является носителем индивидуальной психофизиологической предрасположенности к возникновению определенных стрессовых эффектов [33]. Для клинициста важное значение имеет знакомство с механизмами чрезмерного стресса и представление об их потенциально патогенном влиянии на системы «концевых органов-мишеней», патология которых заставляет больного искать помощи у соответствующего специалиста.

К основным следствиям чрезмерного стресса и факторам, способствующим развитию его патогенных проявлений, различные исследователи относили:

— нарушение гомеостатических механизмов органа, подвергшегося психофизиологическому возбуждению, что ослабляет его устойчивость к повторным влияниям стресса [41, 46];

— стереотипность реакций организма на стресс, т. е. тенденцию каждого человека к однотипным паттернам психофизиологических реакций в ответ на стрессовый стимул [42, 46,47, 51] с частой активацией органа, что сопряжено с развитием органических гомеостатических нарушений (модель Стернбаха) [51];

— интенсивность, частоту и длительность воздействия стрессового фактора на орган, предрасположенный к таковому воздействию первично (генетически) или вторично (травма, заболевание, дефект питания) в сочетании со специфическими особенностями структур, ответственных за физиологическую реактивность (модель Лахмана) [41];

— сопряженность специфичности эмоций и специфичности типов стрессового реагирования [39, 45];


— сниженную физическую активность (теория «гипокинетического заболевания») [37, 40].

Более детальное знакомство с позициями различных исследователей позволяет констатировать, что практически всеми авторами признается положение: «если любой данный орган достаточно долго подвергается психофизиологической перегрузке (избыточной стимуляции), то в этом органе со временем будут проявляться признаки патологии или дисфункций» [20, 32, 41, 48, 51].

II. Психоаналитические концепции

Конверсионная модель Фрейда

Впервые идею конверсии Фрейд изложил в работах «Психоневрозы защиты» и «Исследования истерии». Под конверсией он понимал превращение психического конфликта в соматический посредством вытеснения из сознания угрожающих или нежелательных содержательных элементов. «Эмоция, которая не могла быть выражена, оказывалась превращенной в физический симптом, представлявший собой компромисс между неосознаваемым желанием выразить мысль или чувство и страхом возможных последствий. Симптомы, как выяснилось, позволяли не только маскировать нежелательные эмоции, но и представляли собой своеобразное налагаемое на себя индивидуумом наказание за запрещенное желание или удаление себя из устрашающей ситуации. Эти же симптомы обуславливали получение вторичных выгод от принятия роли больного» [17]. Конверсионная модель хорошо объясняет нарушения произвольной моторики — невротически обусловленные параличи и речевые нарушения. Она может быть полезна для понимания психогенных расстройств чувствительности, нарушений походки, ощущения кома в пищеводе при истерии (globus hystericus), определенных болевых состояний, мнимой беременности.

Одновременно с моделью конверсии при рассмотрении так называемого невроза тревоги Фрейд сформулировал вторую концепцию психосоматического возникновения симптомов, радикально отличающихся от конверсии. Он обнаружил, что такие органические симптомы как расстройства сердечной деятельности, дыхания, внезапные потливость, дрожь, голод, понос, головокружение, сужение сосудов и парестезия, сопровождают тревогу в качестве «эквивалентов приступа тревоги». Психосоматический симптом как эквивалент приступа был отнесен Фрейдом к защитному механизму проекции.


Конверсионная модель Фрейда отражает взаимосвязь сознательных и бессознательных процессов в процессе формирования личности и позволяет предотвратить интраперсональный конфликт с помощью психоаналитической работы.
Модель вегетативного невроза Александера

Если бессознательный конфликт не имеет выхода в соответствующем внешнем проявлении, то возникает эмоциональное напряжение, сопровождающееся устойчивыми изменениями в вегетативной нервной системе, которая реагирует на различные эмоциональные переживания примерно однотипно.

Опираясь на исследования Кэннона, Апександер предположил, что подавленная агрессивность, сдержанный гнев, враждебность через активацию симпатической системы приводят к развитию гипертензии, сердечно-сосудистых нарушений, мигрени, артритов (хроническое мышечное напряжение), тиреотоксикозу, диабету.

Неудовлетворенные потребности в уверенности, защищенности, принятии окружающими, нереализованные сексуальные побуждения через парасимпатическую активацию (холинергические структуры) приводят к развитию язвенной болезни двенадцатиперстной кишки, язвенного колита, бронхиальной астмы, нейродермита. Чувство вины как центральная эмоциональная проблема приводит к различным формам нарушения питания.

По Апександеру, «специфичность следует искать в конфликтной ситуации», которая может быть вскрыта в ходе длительной аналитической работы. Однако влияние вегетативной нервной системы не может объяснить специфичности симптомов. Выбор поражаемого органа скорее детерминирован генетически.

Универсология предлагает выявлять предрасположенность к тем или иным заболеваниям с помощью матричного прогнозирования, которое позволяет обратить внимание на «слабые места» в организме, а главное, указывает на несовершенные способы реагирования, которые приводят к болезни, и предлагает наиболее эффективные модели развития. Метод матричного прогнозирования основан на цифровом отражении потенциалов развития человека в момент его входа в общественную систему (дата рождения).


Модель вегетативного невроза можно связать с проявлением закона поляризации и свободы выбора в организме. Человек, вступая во взаимоотношения с окружающим миром, может занять как минимум две позиции: пассивную и активную. При этом каждая из них может быть как добровольной (выбранной в соответствии с индивидуальными особенностями темперамента и характера), так и вынужденной (вызванной внешним давлением, вступающей в конфликт с индивидуальными особенностями). Вынужденная (как активная, так и пассивная) позиция рождает максимальное число соматических заболеваний. Главным лечебным фактором в этих ситуациях может стать сознательная работа по превращению вынужденной позиции в добровольную и выбор срединного пути развития (гармоничное чередование фаз активности и пассивности).
Концепции «десоматизации-ресоматизации» М. Schur

Шур (Schur, 1897–1969) [16,20], преимущественно на примерах кожных заболеваний, разработал модель психосоматической патологии, получившую название «десоматизация-ресоматизация».

Шур считал, что грудные дети инстинктивно реагируют на различные отклонения их гомеостаза. С формированием функций восприятия, памяти и других вторичных психических процессов, т. е. с возрастанием структурированности «Я», становится возможным контроль инстинктов и аффекта, возрастает независимость индивида от вегетативных процессов для поддержания гомеостаза организма (десоматизация).

В отягощающих жизненных ситуациях активируются бессознательные, невротические конфликты, «Я» теряет способность к вторично-процессуальному мышлению с развитием физиологической регрессии к ресоматизированным реакциям [20].
Модель двухэшелонной линии обороны Митчерлиха

В соответствии с этой концепцией психосоматический процесс развивается в такой последовательности:

1. Сначала человек пытается справиться с конфликтом при помощи исключительно психических средств на психосоциальном уровне:

1) с помощью обычных средств социального взаимодействия;


2) невротических (патологических) защитных механизмов;

3) невротического развития личности.

2. Если не удается справиться только психическими средствами, не срабатывает первая линия обороны, подключается защита второго эшелона — соматизация.

3. Современные психоаналитики выделяют еще и третий уровень защиты — психотическое симптомообразование (Кернберг).
Концепция «болезней готовности и выражения» F. VexKull

F. VexKull, рассматривая проблему психосоматической патологии, выделил болезни готовности и болезни выражения [52]. Согласно концепции Кэннона об адаптивных реакциях, эмоциональная готовность человека при опасном событии (если действие не осуществляется) хронифицируется в постоянное нарастание функциональной активности собственных органов, финалом чего может быть развитие язвенного процесса (при длительно повышенном выбросе желудочного сока), гипертонии (хронизирующиеся изменения прекапиллярных артерий) и т. д. Таким образом, психосоматическое заболевание развивается как следствие нереализуемой реакции готовности в случае психологического инфантилизма или потери мотива на основе вытеснения.

Болезни выражения по F. VexKull — это конверсионные синдромы как результат конфликта мотивов личности, т. е. в силу внутренних запретов мотивы (желания) выражаются в форме истерических моносимптомов («обломки действий»), имеющих «значение выражения».

III. Ментально-когнитивные модели

Концепция алекситимии P. Е. Sifneous

Алекситимия — это неспособность пациента дифференцировать и вербализировать свои эмоции. Понятие введено в 1973 г. Sifneous [16]. Считается, что причиной развития алекситимии является среда, в которой нет места выражениям чувств относительно жизненных реальностей, часто усугубляемая многолетним обучением ригидному следованию общественным нормам [20]. В отличие от больных неврозами, психосоматические пациенты алекситимического толка хорошо адаптированы в своей социальной среде, длительно имитируя себе и окружающим состояние удовлетворенности и отсутствия значимых проблем [20]. Причиной обращения к врачу является уже соматическая патология.


Проблеме алекситимии как базе психосоматических заболеваний продолжает уделяться внимание исследователей [35, 36].
Концепция потери объекта Н. Freyberger [16, 20]

В работах по психоанализу объект — это почти всегда человек, части человека либо символы того или другого [25]. Переживания потери объекта чрезвычайно часто предшествуют развитию психосоматического заболевания. Типичные примеры таких переживаний — потеря контактов с близкими людьми или значимой для субъекта деятельности (профессия, работа). Для пациентов потеря остается непреодоленной, и они воспринимают ее как травму. За потерей объекта, как правило, следуют депрессия и соматические нарушения. Теория «психосоматической линии развития» при потере объекта достаточно глубоко разработана в психоанализе, включая разделы «симптом», «конфликт», «личностные особенности» [20].
Модель нарушения объектных отношений

Теория объектных отношений (Кляйн, Фейберн, Винникот, Кернберг) изучает воздействие индивидуальных отношений человека с внешним миром на его внутренний психический мир и представляет психику и личность как результат связей людей с внешним миром, которые запоминаются (интернализуются) разумом в виде «объектных отношений». Ранние модели взаимоотношений оказывают огромное влияние на формирование взрослых связей, независимо от дальнейших событий.
Когнитивные модели

Когниции — вербальные суждения или образы восприятия действительности, связанные с лежащими в их основе убеждениями, установками и представлениями. Обработка поступающей информации происходит по определенной схеме, в результате рождается оценка явления и эмоциональное и мотивационное возбуждение. При депрессии, например, доминирующим становится стиль поведения, основой которого является самоотрицание; при тревожных расстройствах отмечается гиперактивный индивидуальный стиль реагирования на опасность; при панических расстройствах мобилизован стиль поведения, соответствующий неизбежной катастрофе. Схемы бывают широкие и узкие, гибкие и жесткие, интенсивные и ослабленные. Имеет значение их степень активности. Дисфункциональные убеждения и дезадаптивные стратегии вызывают расстройство личности, делают человека уязвимым. Так, зависимое расстройство личности характеризуется чувствительностью к утрате любви и помощи; нарциссическое расстройство — чувствительностью к ущемлению чувства собственного достоинства. Когнитивная уязвимость основана на экстремальных, ригидных и императивных убеждениях. При соматическом заболевании важно найти индивидуальную когнитивную схему, которая привела к патологии, и помочь заменить, модифицировать или реинтерпретировать ее.


Универсология предлагает универсальные схемы моделирования здорового образа жизни с помощью матричного прогнозирования (определение индивидуальных потенциалов развития), модель социальной адаптации, основанную на поэтапном формировании системных отношений и модель иерархии целей. Моделирование позволяет человеку выбрать путь наиболее эффективного развития.

IV. Социопсихосоматика

Понятие «Социопсихосоматика» введено в литературу Schaefer в 1966 г. [20]. Настоящая концепция рассматривает причину психосоматических заболеваний в социальном и личностном конфликте индивидуума. Условия жизни общества, конституционные факторы, культурные влияния, социальные взаимосвязи, структура личности индивидуума — ведущие категории предложенных на сегодняшний день основных социопсихологических моделей. Быстрое социальное и техническое развитие в течение последних десятилетий приводит и к слишком быстрым изменениям норм этих категорий. Исход в психосоматическую патологию — это следствие нарушения адекватных взаимоотношений между индивидуумом и многочисленными социальными структурами, в которые он включен [20].
Теория Морено

Морено считал, что особенности нашего реагирования на людей «формируются прошлыми переживаниями и культурными паттернами общества, в котором личность живет; им могут соответствовать особые виды продуктивного поведения. Каждая роль — это слияние частных и коллективных элементов». Роли он подразделяет на психодраматические (связанные с психологическим измерением «я сам»), психосоматические (физиологическое измерение) и социальные. Болезнь возникает в результате нарушений наследственности, внешних патогенных влияний или нарушений социоэмоциональной среды. Болезнь — застой и регрессия, здоровье — направленное бытие, прогрессия, смелость. Человеческое развитие — это постоянная прогрессия от соматических ролей, имеющихся уже к концу эмбриональной стадии, к трансцендентным ролям.

Нарушение ролевого развития происходит вследствие:


• перескакивания на другие ролевые уровни, минуя промежуточные;

• неизменно поступательного направления развития;

• застоя развития;

• регрессии, т. е. частичного или полного отхода с уже достигнутых ролевых уровней.

Ролевые конфликты развиваются в рамках одной роли, разных ролей, внутри человека (интраперсонально), между разными людьми (интерперсонально). В диагностике подобных состояний основное значение имеет психодрама.
Концепция Аммона

Динамическая психиатрия Аммона рассматривает личность как сложное многоуровневое структурное образование, выделяя первичные нейрофизиологические и биологические функции организма; центральные бессознательные функции, такие, как агрессия, страх, сексуальность, креативность, нарциссизм и т. д.; вторичные сознательные функции, которые определяют содержание способностей и навыков человека. Аммон выдвигает концепцию формирования целостной личности — интегрированной Я-идентичности и рассматривает процесс развития как процесс преобразования Я-идентичности. При этом большое значение он придает формированию границ «Я» под воздействием социальной энергии (родителей, первичной группы и т. д.). Нарушение формирования границ «Я» вследствие деструктивного или дефицитарного характера социальной энергии ведет к дезадаптации личности в социуме. Динамическая психиатрия глубоко исследует проблемы сознательного и бессознательного в человеке, их формирования под влиянием социальной среды и влияния друг на друга, а также предлагает методы психотерапии дезадаптивных состояний.

V. Системно-теоретические модели

Важным компонентом системного подхода является тезис о том, что целое (система) есть нечто большее, чем сумма его частей (подсистем). Система несет качества, которых не было у ее подсистем. Поэтому проблемы члена системы рассматриваются в контексте системных отношений, а не изолированно.

В терапевтической области системно-теоретический подход успешно реализовался, например, в семейной психотерапии, рассматривающей источником нарушения не структуру отдельной личности, а структуру взаимоотношений субъекта со многими лицами, в целом семью как многоуровневую и многофункциональную систему [34]. Дисгармоничными считаются семьи, которые пытаются сохранить привычные стереотипы взаимодействия между своими членами и окружающими людьми вне зависимости от изменения внешних условий, т. е. семьи, не обладающие достаточной гибкостью для социальной адаптации и развития способностей каждого из ее членов. В результате блокируется актуальные потребности самого «слабого» члена семьи (чаще ребенка), и у него возникает заболевание, отражающее суть конфликта и позволяющее удерживать старые семейные взаимоотношения. Ребенок становится жертвой, «козлом отпущения» семейного конфликта. Его болезнь служит «коммуникативной метафорой», шифром потребностей семейной системы. Например, возникновение бронхиальной астмы у ребенка говорит о том, что его семье не хватает воздуха — творческих связей с окружающим миром, продуктивной деятельности на благо других (выдох).


Таким образом, «не кто-то один является виновным или больным, а правила, по которым семья функционирует как система и удерживает свое равновесие, являются причиной нарушения и тем самым целью диагностического поиска и терапевтического вмешательства. Семья становится диагностическим и терапевтическим единством» [20]. Наиболее эффективным методом коррекции семейных отношений является групповая психотерапия.

Психосистемология предлагает схему диагностики состояния человека по его родственным связям, отражающую характер реагирования человека на окружающий мир (рис. 1).